Во втором сезоне противостояние между двумя государствами достигает кульминации: обладающая лучшими технологиями сторона сталкивается с противником, который вынужден использовать нестандартные решения. Разработка альтернативного оружия позволяет

Шинн выполняет функции руководителя боевого подразделения, в состав которого включают подростков, не соответствующих этническим критериям властей Сан-Магнолии. Республика, подвергаясь многолетним атакам Империи, вырабатывает свою стратегию защиты,

Рейн — специалист по дрессуре, но значимого успеха добиться не удаётся. Коллектив, в который он попадает, сперва демонстрирует дружелюбие, создаёт ощущение семьи. Всё заканчивается тем, что его просто выбрасывают из команды: говорят прямо — таланта

Шато Данкворт не строит иллюзий: работа — поимка, цель — ликвидация или задержание. Поиск Сона требует больше усилий, чем обычно: оперативная информация подтверждается с трудом, свидетели исчезают, следы запутаны. Каждая попытка перехвата ведёт к

Сэвил оказался в полной неизвестности. Магия, которой его учили с ранних лет, перестала быть его опорой — знания не складывались в цепочки, заклинания стали пустым звуком. После того как он осознал потерю памяти, единственной надеждой остался

Ванитас вынужден выживать в мире, где его существование с самого начала оказалось под вопросом. Рождение в ночь Голубой Луны для него становится не просто особенностью — это причина для вечного одиночества. Никто из вампиров не принимает чужака, у

Ванитас с самого начала сталкивается с холодом и отчуждением: его не ждут ни среди людей, ни среди своих. Вампирское общество делит своих по принципу рождения, и появление при Белой Луне делает его фигурой подозрительной, опасной и неудобной для

Юхи Амамия едва касается ногами пола — взгляд натыкается на безмолвного гостя. На кровати свернулась ящерица, глаза следят за каждым движением. Никаких загадок — она сразу переходит к делу: парень назначен Рыцарем-Зверем, дальше — только бой.

Главный герой долгие годы оставался в тени, выполняя грязную работу для тех, кто мог позволить себе платить за ликвидацию неугодных. Его бизнес рос, навыки становились всё более изощрёнными, а круг заказчиков расширялся. Несмотря на очевидные риски,